карта сайта
Справочник товаров и цен
  Добавить фирму Добавить прайс




Полезная информация / Страховой интерес при страховании имущества

Страховой интерес при страховании имущества


               Страховой интерес при страховании имущества

     В статье "Договоры страхования. Ошибки при заключении и исполнении",
опубликованной в региональном выпуске "Финансовой газеты" (NN 14,15 за 1998
г.), мною были рассмотрены проблемы интереса в сохранении имущества. Этот
интерес согласно ст. 930 Гражданского кодекса должно иметь лицо, в пользу
которого заключен договор страхования. В частности, была высказана и обоснована
точка зрения, по которой интерес в сохранении имущества, упомянутый в ст.
930 ГК, есть только у того, кто несет риск утраты и повреждения данного имущества,
но не у того, кто несет ответственность за его утрату и повреждение. Из этого
следовал важный практический вывод: договоры страхования имущества следует
заключать только в пользу лица, несущего в соответствии с законом, иными правовыми
актами или договором риск утраты и повреждения, иначе в соответствии с п.
2 ст. 930 ГК они окажутся недействительными.
     В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 21 апреля
1998 года N 1540/98 высказана противоположная точка зрения, согласно которой
интерес в сохранении имущества имеется не только у лица, несущего риск его
утраты и повреждения, но также и у арендатора, независимо от того, передан
ему по договору аренды риск утраты и повреждения арендованного имущества или
нет. Эта позиция и аргументация, содержащиеся в тексте постановления высшей
судебной инстанции, создают важный прецедент и нуждаются в комментарии.
     1. Прежде всего рассмотрим вопрос о правовой тождественности лица, имеющего
интерес в сохранении имущества, о котором упомянуто в ст. 930 ГК, и лица,
несущего риск утраты и повреждения этого имущества.
     Что означает интерес в сохранении имущества, о котором говорится в ст.
930 ГК? Казалось бы, нет неясности, кто и почему заинтересован в том, чтобы
какое-то имущество не было повреждено или утрачено. Между тем известно, как
часто не совпадают житейское и правовое содержание многих понятий, использованных
в текстах нормативных актов. Именно такая ситуация и с понятием "интерес в
сохранении имущества".
     А. Рассмотрим, заинтересован ли арендатор в сохранении арендованного
имущества, если рассуждать с точки зрения здравого смысла? Конечно. Ведь если
он арендовал имущество, оно ему нужно. При утрате или повреждении имущества
арендатору придется искать другое. Возможно, какое-то время он будет простаивать
без данного имущества и понесет убытки. Наконец, арендатор может стать ответственным
за гибель или повреждение имущества перед собственником и понесет расходы,
возмещая собственнику его убытки. Иными словами, арендатор понесет убытки
из-за утраты и повреждения арендованного имущества и он, конечно, заинтересован
в его сохранении.
     Предположим, речь идет об очистных сооружениях предприятия, загрязняющего
окружающую среду. Заинтересованы ли люди, живущие поблизости от этого предприятия,
в сохранении этих очистных сооружений? Безусловно. Ведь при их повреждении
они могут попасть в крайне неблагоприятные условия, оказаться без чистой воды,
заболеть, даже, вероятно, будут вынуждены переехать в другое место, то есть
понести расходы и, возможно, подорвать свое здоровье. Здравый смысл подсказывает,
что у всех людей, живущих рядом с вредным производством, существует огромный
интерес в сохранении его очистных сооружений, и неизвестно, у кого этот интерес
больше - у них или у собственника сооружений. Заинтересован ли собственник
имущества в его сохранении? Казалось бы, да. Предположим, что речь идет о
предприятии, имеющем в собственности жилой дом, где давно уже не проживают
сотрудники предприятия, но бремя содержания дома несет предприятие. Жителей
выселить нельзя. Квартплата, как правило, не покрывает расходы на содержание.
Предприятие с удовольствием передаст дом муниципалитету и будет весьма удовлетворено,
если дом обрушится - дом оно, конечно, потеряет и убытки в связи с этим понесет,
но ведь дом-то только формально принадлежит предприятию, а фактически использовать
его невозможно. Расселять же людей, если дом обрушится, придется не предприятию,
а муниципалитету. Интерес в сохранении этого дома у предприятия, конечно,
есть, но меньше, чем интерес в его утрате. А люди, живущие в доме, и муниципалитет
заинтересованы в сохранении дома.
     Итак, здравый смысл подсказывает, что у огромного числа лиц может существовать
интерес в сохранении определенного имущества, поскольку их существование так
или иначе связано с этим имуществом. Из-за его утраты или повреждения они
понесут убытки. Собственник же вовсе не всегда заинтересован в сохранении
своего имущества, так как в определенных ситуациях убытки от того, что он
лишится своего имущества, меньше расходов на его содержание.
     Б. Рассмотрим данный вопрос с другой стороны, оставаясь в рамках рассуждений,
основанных не на законе, а только на здравом смысле.
     Представим, что имущество застраховано в пользу лица, имеющего интерес
в его сохранении. Например, арендатор застрахует арендованное здание в свою
пользу на случай пожара, в здание ударит молния - и оно сгорит. Действует
договор страхования имущества: страховой случай произошел, следовательно,
стоимость здания должна быть возмещена и возмещение должен получить арендатор.
Но будет ли это справедливо? Здания лишился не арендатор, а собственник. Арендатор
будет освобожден от ответственности за его утрату, так как убытки у собственника
возникли не по вине арендатора, а под действием непреодолимой силы. Расходы
арендатора на переселение вряд ли сопоставимы с ценой здания, да и возмещается
по договору страхования имущества лишь стоимость утраченного здания. Ясно,
что в этом случае выплачивать возмещение арендатору просто несправедливо -
ведь ему нечего возмещать. Но как же быть с договором страхования? Страховой
взнос внесен и договор действует, а в нем указано, что имущество застраховано
на случай его утраты или повреждения. Имущество утрачено, и его стоимость
должна быть возмещена, очевидно, собственнику, поскольку он понес убытки,
но договор страхования заключен не в его пользу. А у того, в чью пользу заключен
договор, если и возникли убытки, то не те, которые подлежат возмещению. Возникает
вопрос: в чем смысл действия данного договора?
     Еще более одиозной выглядит ситуация с хранением вещи. Хранитель, принявший
вещь на хранение, обязан ее возвратить, несет ответственность за ее сохранность,
имеет интерес в ее сохранении, основанный на договоре хранения, и может застраховать
ее в свою пользу. Между тем, если склад сгорит или его затопит во время наводнения,
справедливо ли будет, что возмещение стоимости вещи получит хранитель, а не
тот, кто сдал ее на хранение.
     Аналогичная ситуация и с людьми, живущими вблизи вредного производства.
Они имеют интерес в том, чтобы очистные сооружения не повреждались, следовательно,
можно застраховать очистные сооружения на случай их повреждения в пользу этих
людей. Причем страховать следует примерно на равную сумму, так как все имеют
примерно одинаковый интерес. При повреждении очистных сооружений людям может
быть причинен большой вред, но его может и не быть. Возможны и другие варианты.
Однако имущество будет повреждено и возмещение будет выплачиваться в сумме
расходов, необходимых на его восстановление.
     Несправедливо, что его получит не тот, кто будет восстанавливать сооружения,
а люди, которые, возможно, и не пострадали, но получат возмещение все поровну.
     И наконец, рассмотрим пример с жилым домом. Если он застрахован на случай
обрушения, кому причитается возмещение? На первый взгляд, справедливо, чтобы
его получил муниципалитет - он обязан предоставить новые квартиры жильцам.
Но муниципалитет должен обеспечить защиту граждан именно в таких критических
ситуациях - для этого в его бюджет граждане платят налоги, которые потом и
возвращаются тем, кто пострадал, в данном случае в виде квартир. Муниципалитет
не несет здесь убытков, так как его расходы уже оплачены налогоплательщиками.
     Иная ситуация у собственника здания. Все зависит от ответа на вопрос:
мог бы он продать свое здание вместе с жильцами, когда оно еще существовало,
и за какую цену? Если мог, эту цену ему и следует возместить, если не мог
- ему ничего не причитается.
     Итак, вовсе не всегда справедливо выплачивать страховое возмещение лицу,
в пользу которого заключен договор страхования имущества, несмотря на то,
что данное лицо может быть заинтересовано в сохранении имущества.
     На этом этапе рассуждений, без рассмотрения правовой стороны вопроса,
видно, что договоры страхования имущества, заключенные в пользу лиц, не являющихся
собственниками имущества, хотя и заинтересованных в его сохранении, довольно-таки
бессмысленны. Ведь по справедливости эти люди вряд ли получат возмещение,
если не понесут убытков при утрате или повреждении имущества, а если и понесут
убытки, то не получат возмещение потому, что это не те убытки, которые подлежат
возмещению. Собственник же, которому и причинены убытки, подлежащие возмещению,
не получит его, поскольку договор страхования заключен не в его пользу. Если
страхователь проанализирует изложенные доводы, даже не вникая в сложные юридические
толкования статей ГК, станет ли он платить взносы по подобному договору страхования?
     В. Обратимся к юридической стороне вопроса. Из ст. 929 ГК следует, что
при страховании имущества, как и при других видах имущественного страхования,
возмещаются убытки. Понятие убытков дано в ст. 15 ГК, из которой следует,
что убытки имеют три составляющие:
     утрата или повреждение имущества, принадлежащего данному лицу; расходы,
которые лицо понесло или должно будет понести для устранения причиненного
вреда;
     упущенная выгода.
     При утрате или повреждении определенного имущества у многих лиц могут
возникнуть убытки, но только у собственника возникает первая составляющая
убытков - утрачивается или повреждается его имущество, если риск утраты и
повреждения имущества не был перенесен по договору согласно ст. 211 ГК на
другое лицо. Если же риск утраты и повреждения имущества был перенесен в соответствии
со ст. 211 ГК или у имущества нет собственника, но есть лицо, несущее по закону
риск его утраты и повреждения, то первая составляющая убытков возникает только
у того единственного лица, которое несет этот риск. Лицо, несущее риск утраты
и повреждения имущества, аналогично собственнику, ибо именно оно должно восстановить
имущество и вернуть его собственнику либо, если собственник согласится, возместить
собственнику всю действительную стоимость утраченного или поврежденного имущества.
Это возмещение не будет носить характера ответственности, так как от ответственности
можно освободиться по основаниям, указанным в ст. 401 ГК, доказав, например,
отсутствие вины или действие непреодолимой силы. Но лицо, на которое возложен
риск утраты и повреждения, не может освободиться от возврата собственнику
имущества в том состоянии, в котором оно было принято, или от возмещения собственнику
стоимости имущества или повреждений - этим и отличается бремя несения риска
от ответственности. Поэтому при утрате или повреждении имущества у лица, несущего
риск, всегда возникает первая составляющая убытков, а у лица, несущего ответственность,
может возникнуть только вторая составляющая - обязанность нести расходы, и
то не всегда, а лишь по основаниям ст. 401 ГК. Например, у арендатора, который
не несет по договору аренды риска утраты и повреждения арендованного здания,
при его утрате или повреждении может возникнуть вторая составляющая убытков
- ответственность и расходы на переезд, а также и третья - упущенная выгода
из-за простоя, но никогда не возникает первая составляющая. У хранителя также
никогда не возникает первая составляющая убытков, но может возникнуть ответственность,
то есть их вторая составляющая. Законодатель из всех возможных видов страхования
выделил три: страхование имущества, страхование ответственности и страхование
предпринимательского риска. Правомерен вопрос: какие из составляющих убытков
подлежат возмещению по данным видам страхования, в частности по договору страхования
имущества? Ясно, что при страховании предпринимательского риска возмещаются
любые убытки - это прямо указано в ст. 933 ГК. При страховании ответственности
возмещается только вторая составляющая - расходы, которые лицо должно будет
произвести, так как ответственность и есть обязанность произвести расходы.
Кажется логичным, что при страховании имущества подлежит возмещению только
первая составляющая убытков. Но действительно ли это имел в виду законодатель,
выделяя страхование имущества, или все же при страховании имущества подлежат
возмещению любые убытки, вызванные утратой или повреждением имущества?
     Ответ на данный вопрос содержится в ст. 929 и 947 ГК. В подп. 1 п. 2
ст. 929 ГК говорится, что при страховании имущества страхуется интерес, связанный
с риском утраты или повреждения имущества. Следовательно, по договору страхования
имущества должен страховаться интерес лица, несущего этот риск, поскольку
страховой интерес не обезличен, а всегда привязан к определенному лицу. В
ст. 2 Закона "Об организации страхового дела в Российской Федерации" сказано,
что при страховании защита предоставляется не каким-то обезличенным, объективным
интересам, а интересам физических и юридических лиц.
     Как мы уже отмечали, именно у лица, несущего риск утраты и повреждения,
возникает первая составляющая убытков, связанная с утратой и повреждением
имущества, а значит, первая составляющая убытков подлежит возмещению по договору
страхования имущества. У лица, несущего риск утраты и повреждения, могут возникнуть
и другие убытки, например упущенная выгода или дополнительные расходы. Подлежат
ли они возмещению по договору страхования имущества? Из п. 2 ст. 947 ГК следует,
что договор страхования не должен предусматривать возможность возмещения убытков
сверх действительной стоимости имущества.
     Наложение такого ограничения имеет смысл только в том случае, если должны
возмещаться сама утрата или само повреждение, но не дополнительно произведенные
или будущие расходы и не упущенная выгода. Эти правила ст. 929 и 947 ГК можно,
на мой взгляд, истолковать лишь как однозначный ответ: по договору страхования
имущества подлежит возмещению только первая составляющая убытков, возникшая
в результате утраты или повреждения имущества. Проще говоря, возмещается стоимость
фактически утраченного или поврежденного имущества, а не какие-то другие произведенные
расходы и не будущие расходы, которые могут возникнуть в связи с ответственностью
за утрату или повреждение, и не упущенная выгода от того, что имущество утрачено
или повреждено.
     Г. Возвратимся к интересу в сохранении имущества, о котором сказано в
ст. 930 ГК, и рассмотрим содержание данного понятия, основанное не на здравом
смысле, а на законе.
     Как показано выше, при страховании имущества подлежит возмещению только
первая составляющая убытков, которая при утрате или повреждении имущества
возникает исключительно у лица, несущего риск его утраты и повреждения. Ни
у какого другого лица, понесшего убытки из-за утраты или повреждения имущества,
не может возникнуть их первая составляющая. Поэтому и возмещаться она может
только тому, у кого возникла, то есть тому, кто несет риск утраты и повреждения
имущества.
     Таким образом, договор страхования имущества должен быть заключен в пользу
лица, несущего риск утраты и повреждения застрахованного имущества. Договор
страхования в пользу иного лица, несущего убытки от утраты или повреждения
имущества, не будет предоставлять защиту тому лицу, интерес которого застрахован,
и в соответствии со ст. 2 Закона "Об организации страхового дела в Российской
Федерации" такие отношения не являются страховыми.
     Вывод, на мой взгляд, может быть только один: термин интерес в сохранении
имущества, использованный в п. 1 ст. 930 ГК, с юридической точки зрения следует
понимать как интерес лица, несущего риск утраты или повреждения имущества.
Этот термин не может обозначать интерес лиц, несущих другие убытки, связанные
с утратой или повреждением имущества, как это подсказывают рассуждения, основанные
только на здравом смысле и логике.
     Когда термин, использованный в тексте закона, имеет несколько толкований
и толкование, основанное на законе, не соответствует толкованию, основанному
на здравом смысле, всегда есть большая вероятность, что термин будет истолкован
на основании здравого смысла, а не закона. Огромную роль в таком случае приобретает
судебное толкование, а судебное толкование, сделанное высшей судебной инстанцией,
особенно важно.
     2. Рассмотрим толкование понятия "интерес в сохранении имущества", которое
Президиум ВАС РФ дал в своем постановлении от 21 апреля 1998 года, и другие
важные вопросы, разрешенные в этом постановлении.
     А. Изложу кратко содержание дела. Арендатор застраховал арендованное
имущество, в том числе и на случай пожара, в свою пользу. Имущество сгорело.
Страховщик в выплате отказал, мотивируя это недействительностью договора страхования
в соответствии с п. 2 ст. 930 ГК в связи с отсутствием интереса в сохранении
застрахованного имущества у лица, в пользу которого заключен договор. Страхователь
подал иск, а страховщик - встречный иск о признании договора недействительным.
Суд первой инстанции иск страхователя удовлетворил, а страховщику в иске отказал.
Апелляционная инстанция, напротив, признала договор страхования недействительным
на основании п. 2 ст. 930 ГК, удовлетворила встречный иск, а страхователю
в иске отказала. Заместитель генерального прокурора принес протест, в котором
просил отменить решение апелляционной инстанции и оставить в силе первое решение.
Дело было рассмотрено Президиумом ВАС РФ: в результате отменены и постановление
апелляционной инстанции и решение суда первой инстанции, а дело направлено
на новое рассмотрение в первую инстанцию того же суда.
     Б. Суд надзорной инстанции аргументировал решение об отмене постановления
апелляционной инстанции следующим образом.
     В силу статьи 930 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество
может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя),
имеющего основанный на договоре интерес в сохранении этого имущества.
     ООО "Привоз" (страхователь. - Ю. Ф.) арендует имущество на основании
договора аренды от 17 апреля 1995 года, который действует в течение 15 лет
и содержит обязанность арендатора по страхованию.
     Следовательно, вывод апелляционной инстанции об отсутствии у страхователя
интереса в сохранении имущества и признание недействительным договора на основании
ст. 930 Гражданского кодекса Российской Федерации неправомерны, поэтому постановление
подлежит отмене.
     Иными словами, из двух рассмотренных толкований понятия "интерес в сохранении
имущества" суд выбрал то, которое основано на здравом смысле, а не на законе.
Суд не привел нормативного обоснования, почему из двух толкований он выбрал
именно это. Из постановления неясно, рассматривал ли суд возможность иного
толкования или исходил из того, что термин "интерес в сохранении имущества"
понятен всем. Полагаю, что какое-то иное толкование было рассмотрено: ведь
апелляционная инстанция, принимая решение о недействительности договора страхования,
наверняка привела аргументы в пользу того, что у арендатора интереса нет.
Следовательно, указанные аргументы судом надзорной инстанции были рассмотрены
и отвергнуты. Ссылок на эти аргументы и нормы закона, которым они не соответствуют,
в постановлении нет.
     Анализ постановлений Президиума ВАС РФ свидетельствует: если надзорная
инстанция отменяет решения предыдущих в связи с тем, что решения не соответствуют
нормам закона, в постановлениях это всегда находит отражение. Рискну предположить,
что суд надзорной инстанции и не нашел таких норм, а отверг аргументацию апелляционной
инстанции, так как счел ее неверной. По-моему, приведенную цитату из текста
постановления нельзя расценить иначе, как сознательное толкование судом термина
интерес в сохранении имущества на основе здравого смысла и внутреннего убеждения,
без нормативного обоснования.
     Обратим внимание еще на один аспект. Если арендатор имеет интерес, основанный
на договоре аренды, и соответственно право заключать договор страхования в
свою пользу, то и хранитель должен иметь такой интерес, основанный на договоре
хранения. Действительно, хранитель обязан вернуть вещь поклажедателю (ст.
900 ГК), он несет ответственность перед поклажедателем (ст. 901 ГК) - конечно,
он заинтересован в сохранении вещи. Почему же тогда п. 4 ст. 919 ГК запрещает
ломбарду страховать переданную ему на хранение вещь в свою пользу?
     Вернемся к постановлению Президиума ВАС РФ. Установив, что договор страхования
действует, логично было бы оставить в силе решение суда первой инстанции.
Действительно, есть действующий договор страхования, из которого вытекает
обязательство страховщика выплатить страхователю страховое возмещение при
утрате или повреждении застрахованного имущества в случае пожара. Произошел
пожар - имущество оказалось утраченным. Обязательство, следовательно, должно
быть исполнено. На каком же основании освобождать страховщика от его исполнения?
Логичнее оставить в силе первое решение.
     Суд надзорной инстанции между тем разобрался в сути сложившейся ситуации.
Скорее всего, на арендатора не перенесен по договору риск утраты и повреждения
имущества потому, что при заключении договора аренды на этом не акцентируют
внимание. Имущество сгорело в результате действия непреодолимой силы, то есть
и от ответственности перед собственником арендатор, вероятнее всего, будет
освобожден по основаниям ст. 401 ГК. Если в таких условиях оставить в силе
первое решение и обязать страховщика произвести выплату, решение будет несправедливым.
Арендатор, с имуществом которого ничего не произошло, получит страховую выплату
вместо лица, утратившего имущество, и оставит ее себе, то есть попросту неосновательно
обогатится за счет собственника. Надзорная инстанция отменяет и первое решение,
аргументируя это таким образом.
     Решение суда первой инстанции также нельзя признать обоснованным, так
как судом неполно исследованы обстоятельства дела. В результате пожара уничтожено
имущество, не принадлежащее ООО "Привоз", однако последнее требует возместить
его стоимость в виде выплаты страхового возмещения.
     Право на получение страхового возмещения зависит от того, будет ли ООО
"Привоз" нести ответственность за гибель имущества перед собственником или
неосновательно обогатится. Для решения вопроса об ответственности перед собственником
важно выяснить, несет ли ООО "Привоз" риск случайной гибели имущества (ст.
211 Гражданского кодекса Российской Федерации), и учесть, что имущество уничтожено
вследствие действия непреодолимой силы (ст. 401 Кодекса). Первый абзац текста
выражает правильную и довольно очевидную идею: нельзя требовать возмещения
стоимости погибшего имущества, которое тебе не принадлежало и которое не ты
будешь восстанавливать.
     Между тем второй абзац перечеркивает эту мысль, утверждая, что право
на получение возмещения зависит не от того, принадлежит тебе имущество или
не принадлежит, должен ты его восстанавливать или нет, а от того, будешь ли
ты нести ответственность перед собственником за гибель этого имущества. Но
зависимость права на выплату от возникновения ответственности страхуется по
договору страхования ответственности, а речь идет о договоре страхования имущества.
У вывода, который сделал суд, нет нормативного обоснования, и поэтому можно
предположить, что надзорная инстанция не заметила этого нонсенса в тексте
постановления, а значит, не вполне четко отличает страхование ответственности
от страхования имущества. Из третьего абзаца видно, что суд не различает ответственность
за утрату и повреждение имущества и обязанность нести риск его утраты и повреждения,
хотя разница эта весьма существенна.
     В. Из сказанного следует, что договор страхования остается действующим,
а страхователю в выплате скорее всего будет отказано.
     Рассмотрим основание, по которому ему может быть отказано в выплате при
действующем договоре. Страхователю будет отказано в выплате, вероятнее всего,
по основанию ст. 929 ГК, где определено, что возмещению подлежат убытки. Поскольку
убытки у страхователя не возникли, следовательно, нет и права на возмещение.
Но если нет убытков, то нет и страхового случая, ибо он и есть возникновение
убытков в результате воздействия определенной опасности. Значит, отказ в выплате
следует обосновать отсутствием страхового случая. Но событие, на случай наступления
которого осуществлялось страхование (так определен страховой случай в ст.
942 ГК), произошло - имущество сгорело. Следовательно, стороны в договоре
страхования согласовали в качестве страхового случая событие, которое может
и не вызвать убытков у лица, в пользу которого заключен договор. Значит, существенное
условие договора страхования не согласовано и договор страхования не заключен.
     Приведенное рассуждение не вполне закончено, так как в Кодексе не сказано,
что событие, которое вызывает убытки, но не у того лица, в пользу которого
заключен договор, нельзя считать страховым случаем. Обратимся к ст. 2 Закона
об организации страхового дела в РФ. В ней указано, что страхование - это
защита интересов физических и юридических лиц. Интересы же состоят в том,
чтобы не возникали убытки, а защита осуществлялась путем выплаты. Значит,
если событие вызывает убытки не у того лица, кому должна производиться выплата,
то защита интереса отсутствует, отношения не являются страховыми, событие
не является страховым случаем.
     Таким образом, при действующем договоре страхования отказ в выплате по
мотиву отсутствия убытков, когда событие, согласованное в качестве страхового
случая, наступило, неизбежно влечет вывод о том, что договор не действует,
так как не может считаться заключенным. Исходя из того, что договор действует,
мы логически пришли к отрицанию этого положения.
     Г. Сейчас мы увидим, как опасно полагаться на здравый смысл и естественное
чувство справедливости и пренебрегать законом. Решение, кажущееся справедливым,
в действительности оказывается противоположным.
     Проанализируем проблему, которая не была предметом рассмотрения в этом
деле. Подумаем о судьбе страховой премии, внесенной страхователем. Страховщик
заявил о недействительности договора по причине отсутствия интереса. Это означает,
что, заключая договор и получая страховую премию, он действовал сознательно
недобросовестно: он же не знал, что надзорная инстанция признает наличие интереса.
За такую недобросовестность в соответствии с п. 2 ст. 930 ГК договор признается
недействительным, а ст. 1103 ГК предусматривает соответствующее наказание
- возврат полученной страховщиком премии (ст. 1102 ГК) вместе с доходом, который
извлек страховщик (ст. 1107 ГК). Страховщик, подавая встречный иск, внутренне
с этим смирился. (Видимо, он так и предполагал при заключении договора: получу
премию, и если все будет в порядке, премия останется у меня вместе с доходом,
который будет получен от ее размещения, а если что-то случится, верну ее,
а в среднем выигрыш всегда будет за мной. Многие страховщики рассуждают именно
так).
     Но договор признан действующим, а в выплате скорее всего будет отказано.
Значит, страховщик не только не выплатит возмещение, но и оставит себе премию
со всем полученным доходом, то есть избежит наказания за очевидную недобросовестность,
к чему он явно уже был готов. Такова истинная цена справедливости, которая
достигается не в соответствии с законом, а лишь на основе внутреннего убеждения.
     3. Практический вывод. Договор страхования имущества ни в коем случае
нельзя заключать в пользу лица, которое не несет риска утраты и повреждения
имущества. Если он все же будет заключен, то в проигрыше останутся и тот,
в пользу кого он заключен, так как возмещения он не получит, и тот, кто заплатил
премию, поскольку он ее не вернет.
     А вот недобросовестный страховщик окажется в выигрыше. Если п. 2 ст.
930 ГК в этом случае освобождает страховщика от выплаты, но предусматривает
для него наказание за то, что он не проверил наличие интереса при заключении
договора, то рассмотренное постановление Президиума ВАС РФ фактически освобождает
страховщика не только от выплаты, но и от этого наказания.

Кандидат технических наук
(Аудиторская фирма "ФИРИТ")  Фогельсон Ю.

 



Бизнес-справочник
цен на товары и услуги

Хотите разместить информацию и прайс Вашего предприятия на нашем сайте?

БЕСПЛАТНО!

Заявка на размещение




Новые прайс-листы

ООО "СтройПолимерКомплект"
г. Санкт-Петербург   76 поз.

ПКФ Торгсервисснаб
г. Екатеринбург   504 поз.

ООО "Ультрастрой"
г. Екатеринбург   5 поз.

ИП Михайлова
г. Тольятти   649 поз.

ТоргСервисСнаб
г. Екатеринбург   504 поз.

По всем вопросам обращайтесь: info@bizspr.ru

Полезная информация